— Прими изменения или они сами возьмутся за тебя, — спокойно добавил Чернослав. Его зыбкий образ расплывался над двумя куполами. — Пусть каждый из богов сам решает за себя. Вы отрицаете меня, тысячи лет находясь под пятой Перуна, ему веры в вас больше, но услышьте хоть сына Световита! Сына Старого бога!
— Он полубог! — Крикнул Тур. Бог диких зверей. Бог Четвертой волны.
— Он в первую очередь потомок одного из Четверки! — Ответил Чернослав. — И у него больше прав ходить над вами, молодая поросль. Почему же вы слушаете пришлого бога Третьей волны? Вы не чтите Устоя. Не блюдете Сводов. Я не намерен оставлять на Земле тех, кто забыл своё Предназначение.
— В чем же наше предназначение? — Спросила молодая богиня Кра, так же рожденная не Дее.
— Боги, очнитесь! Вы не помните, с чем вас послали на Землю?! Каков был Наказ Рода?! — Закричал Родослав.
Тишина повисла над землями Арктиды. Стих даже ветер и унялась пурга. Серое, безмолвное небо с полным безразличием стирало понятие дня и ночи. Словно само время застыло в прострации.
— Отец говорил мне, что Род послал их с наказом возродить род людской на Земле. А что вы? Вновь хотите уничтожить расу старших родов? «Обнулить»?! Кто дал вам право, Перун?! Ты гость, даже я хранитель и тот гость. Мы все лишь смотрители, но не Корректоры Замыслов. Мы не посланцы с великой Миссией, мы их порождение. И мне больно осознавать, что вы забыли это. Не только молодые боги, но даже все те, кто давно топчут землю.
— Я даю вам время, но вскоре потребую ответа! — Обронил Меченый. — Кто хочет остаться здесь и помочь людям — оставайтесь. Кто не согласен с моими условиями — уходите в другие миры или в миры вышние. Лестница открыта. По заслугам и достижениям вашим спросится с вас. И только.
Тут же заспорили боги. Под небо взлетели их взволнованные голоса. Родослав, вздохнув, исчез. Не было в богах единства и не предвещалось.
Три группы постепенно разделились на две части. Большая осталась с Перуном. Среди них почти все молодые боги. Прочая ушла под руку Семаргла и Стрибога, принявшие сторону и правду Чернослава, что был им ближе по родству.
Но ещё до того, как боги дали ответ, меч Люцифера пронзил оба купола. И подпрыгнул пленник, силясь поразить Меченного остриём снизу вверх.
Отпрыгнул Наместник. И застыли на небе друг напротив друга Наместники. Бывший и новый. Непризнанный богами.
Замерли боги, поднимая головы под облака.
— Пусть Круг рассудит вас! — Крикнул Перун. — Битва один на один решит, кто из вас прав.
Оскалился Люцифер, тут же принимая эту позицию. Один на один он был сильней Чернослава. Без армии светочей и легов, которую теперь новый Наместник не мог призвать, преимущество было на стороне того, кто дольше топтал землю. Вдобавок, боги, принявшие сторону Чернослава, так же не могли помочь ему. По сводам Круга. Никто не назовет их законами. Ибо они не за Коном, а внутри него.
И сам Чернослав не был в полной силе своей по причине того, что контролировал светочей и легов, собирающихся поднять Энроф. Вдобавок, много сил ушло на подготовку к низвержению Арлега. Полное Развоплощение требовало немало концентрации. Фактически, это был древний, мощный ритуал. И условия должны были быть хотя бы нейтральные, а не те, что сейчас творились вокруг… Это всё прекрасно понимал Чернослав, поднимая чёрный меч без гарды и принимая первый выпад Люциферова меча.
Люцифер же просто без раздумий использовал свой единственный шанс на выживание. И сделал все ставки на то, чтобы Энроф остался прежним. С небольшими поправками.
И грянул бой!
Он был жестоким и беспощадным. Светоносный атаковал без раздумий, быстро, смертоносно. Каждый удар происходил на всех возможных уровнях: физическом, метафизическом, астральном, ментальном, духовном, магическом, божественном, эрегориальном…
Чернослава как потревоженное облако диких ос оплело, жаля со всех сторон. И пусть все укусы-попытки тут же отбивались, силы Меченого таяли на глазах.
Боги под небом застыли, безмолвно взирая на решение его величества Случая. Судьба боя была не предрешена, и ни один пророк сейчас не решился бы прозреть исход.
Никто не видел, как сдерживается Перун. Не смотря на свои же слова, руки его так и чесались вновь запустить в небо золотой палицей. С тем, чтобы покончить с Люцифером.
Никто не видел, как сверкают огнем глаза Симаргала, давнего друга по походам вместе с Меченым. Как холодеют руки Стрибога, и его посеребренный посох готов призвать на помощь самый мощный торнадо.
Никто не видел и как шепчет заклинания Мала, готовая пронзить Чернослава ледяной стрелой в самое сердце. Молодой богине хорошо давалось работа с элементами воды, а точнее — льда. И здесь, в сердце холода планеты, это легко было обратить в силу. Наставнику Громовержцу стоило только слово сказать и юное сердце тут же рванулось бы в бой без раздумия.
Одни хотели помочь, другие добить. Мнения разделились, как у людей в такой ситуации. Взращённые среди людей, боги мало чем отличались от них, когда перестали наставлять старосты родов.
Люцифер нанёс такой силы удар сверху вниз, что Чернослав ощутил, как мгновенно раздробило кости от запястья до локтя. Пальцы обречённо разжались, рука повисла плетью вдоль тела. Чёрный меч перехватила левая рука.
Люцифер был бы сам не свой, если бы рану можно было так быстро регенерировать. Но нет — ткани не желали сращиваться, словно тело перестало слушаться хозяина. Столько гнева-приказа последовало от Арлега, что впитав информацию, атомы не спешили жить, скорее стараясь распасться. Программа на уничтожение лишь замерла, затормозилась, о какой регенерации вообще могла идти речь, если всё тело было поставлено на грань существования между жизнью и смертью.